Ну, про совершенно другой взгляд. Тумная война, она включает множество факторов, глубокоагентурные работы, но ее нельзя сделать было без американцев, потому что они с той стороны, они актеры, которые воюют с нами. И вот сейчас, когда поменялось политическое руководство, наш президент дождался этого, наш президент сформулировал, я так думаю, что речь идет об этом. И, наверное, любая конфигурация, которая будет предложена сейчас нам на фронте, при условии, вот давайте так, при условии, что впереди ждет умная война, и мы готовы ее вести, она будет приемлема, конфигурация. Тогда, да, Донбасс, Херсон, Запорожье пусть остаются тогда в таком состоянии, но есть принципиальные вещи.

Для меня принципиально это то, что я говорил, говорю, буду говорить и никогда не пойму, если будет обратное. Мы не можем допустить, это невозможно допустить возвращение украинцам буферных зон, зон безопасности, о которых только что с генералом Никифоровым говорил наш президент. Там потеряны наши солдаты, там потеряны годы.

Мы должны эти буферные зоны сделать зонами как угодно безопасности, опережающего развития, исходить что угодно, опорной базой развития прилегающих регионов, что угодно. Но отдавать нельзя. Уже забрали. И, конечно, наша стратегическая цель — Запорожье, Херсон. Это Конституция. Ответ на эти вопросы лежит, скорее всего, в плоскости умной войны, но здесь я боюсь, что я фантазирую.